Город:
Москва
Город:
  • Москва
  • Волгоград
  • Рязань
  • Самара
  • Курск
  • Кострома
  • Щелково
Кинотеатр:
Выберите кинотеатр...
Кинотеатр:
  • Пять звезд на Павелецкой
  • Пять звезд на Новокузнецкой
Сервис покупки билетов Покупка билетов Подарочный сертификат Подарочный сертификат

«Орда» — крупномас-штабный, зрелищный, интеллектуально и духовно остоятельный фильм, на 34-м ММКФ получивший два приза «Серебряный Георгий» — за лучшую режиссерскую работу (Андрей Прошкин) и за лучшее исполнение женской роли (Роза Хайруллина), — стал фильмом открытия XX фестиваля российского кино «Окно в Европу». Картина, повествующая о силе духа и веры, выходит в российский прокат.

Художественная правда
Профессионалы в один голос говорят о безусловном режиссерском достижении Андрея Прошкина, постановщика сложного с точки зрения стилистики, психологии и технологии проекта. Прошкину всегда прекрасно удавались психологические портреты современников («Игры мотыльков», «Миннесота»), но у него не было опыта масштабных костюмных постановок с аутентичными атрибутами русского средневе — ковья. Орда, Русь, чудеса, миллионы долларов бюджета, голливудский размах — как все это совместить?! Но, кажется, Прошкин нащупал верный подход к картине: «Орду» надо снимать на стыке символизма и реалистической достоверности. Приступая к работе над проектом, режиссер Андрей Прошкин и сценарист Юрий Арабов прекрасно сознавали, что о деталях быта Руси и тем более Орды XIV века достоверного, исчерпывающего знания нет. Это давало создателям творческую свободу, которая, впрочем, имела риск вырасти в очередную высокобюджетную химеру, а могла выстрелить неожиданным попаданием в художественную правду. Случилось последнее.

Например, то, что сделали художник по декорациям Сергей Февралев («Белый тигр», «Китайская бабушка») и костюмер Наталья Иванова («Сибирский цирюльник»), кардинально отличается от других работ российских кинематографистов, погружающих актеров и зрителей в глубь веков. Из двух часов картины большая часть экранного времени посвящена столице Золотой Орды, грозному городу из глины Сарай-Бату. В грандиозных декорациях, которые были выстроены прямо на берегу Волги, близ раскопок подлинной тюркской столицы, после съемок открылся музей Золотой Орды.

Погружению в картину, как и в громких исторических проектах Мэла Гибсона, способствует и аутентичный (тюркский) язык, на котором говорят герои-ордынцы. Причем сопровождающие эти эпизоды субтитры выполнены чрезвычайно точно и емко, помогая восприятию. Что касается языка наших древних соотечественников, очевидно, что Прошкин с Арабовым решили не утомлять зрителя всякого рода анахронизмами и церковнославянизмами. То есть в картине герои говорят на современном русском, что работает на главное — чтобы идея фильма была воспринята правильно.

В Орде
Отдельной находкой режиссера Прошкина стали музыка и хореография. В Орде, по-иродовски жаждущей чуда, трюка, восхищения, что ни день проходят странные увеселения и пиры, выступают кудесники и маги со всего мира. За удивительные звуки экзотических инструментов, которые сплетаются в мелодии, в фильме «отвечал» Алексей Айги. В «Орде» его музыка получила самостоятельное звучание и как никогда уместна, со всеми своими изысками, в нервной и тревожной атмосфере ордынского ханства. Удивительную близость и взаимопроникновение разных культур и религий, потрясающую атмосферу деспотизма в его чистом, животном и неприкрытом никакими рефлексиями виде — все это мы видим при дворе ханов Тинибека (Андрей Панин), а затем Джанибека (Иннокентий Дакаяров). Отдельно от шумного, полного наивной веры в чудеса и магов мира мужчин проходит скрытная, интенсивная и по сути смыслообразующая жизнь матери ханского семейства Тайдулы (Роза Хайруллина). Эта удивительная женщина — эдакий серый кардинал, благословляющий на царство своих сыновей, мать, друг и воин, муза и советник праздных, ленивых, хвастливых ханов. Удивительное существо, божественный андрогин с колоритной внешностью и прекрас — ным телом, Тайдула становится камнем преткновения, драматическим центром повествования, его отправной и финальной точкой.

Когда Тайдула неожиданно слепнет и ни сибирский шаман, ни индуист-мистик, ни даосист-травник не могут прогнать хворь, Джанибек отправляет послов в вассальную Русь. Там живет удивительный «колдун» — православный митрополит Алексий (Максим Суханов), по молитвам которого чума оставляет селения. С этого времени начинается подвиг митрополита Алексия за свой народ и за собственную веру — и тут важно, что именно за собственную, свою, личную веру. Алексий отправляется в Золотую Орду, чтобы совершить чудо.

Схождение во ад
Небольшой эпизод из полной удивительных приключений жизни митрополита Киевского и Московского Алексия («был послан в Орду, где исцелил ханшу Тайдулу от слепоты») авторы превратили в метафору стяжания Святого Духа, в масштабный геопо — литический триллер о взаимоотношениях Руси и Орды, которые, несмотря на давность лет, в принципе, еще не закончились. Например, в современной социофилософии с образом Орды устойчиво ассоциируются варварские, захватнические ходы нынешних политиков разных стран. Этот дополнительный смысловой пласт придает картине Андрея Прошкина актуальность и значимость мирового уровня.

Впрочем, кажется, главными для создателей «Орды» были несколько иные темы и цели. На первый взгляд, они личностно-конкретные: передать весь ужас человеческих сомнений, что терзали митрополита Алексия на пути в Орду, когда он знал, что не в его силах заставить Всевышнего исцелить Тайдулу; раскрыть драму его отношений с послушником Федькой, теряющим веру во время страданий и мучительно ищущим новые духовные основы в татарском плену; обрисовать взаимоотношения Церкви и власти в блестящих диалогах с князем Иваном Красным (Виталий Хаев). Но все же главной темой становится удивительная миссия, подлинная миссия страдания и жертвы, которую несет святитель Алексий. Господь не слышит его молитвы, слепота не оставляет женщину. После унижения и надругания героя Суханова с позором все же выпускают из Орды.

Добровольно приняв муки плена, святитель Алексий вторит жертве Христа, отдает себя за свою паству, свой народ, ради ближних своих, ради Федьки и всех захваченных в рабство. Он возвращается в Орду, «приняв зрак раба». И в этой своей жертве митрополит, как праведный Иов, встречается с насмешками и непониманием земляков. Даже когда-то верный Федька ненавидит бывшего владыку. Смерть его не берет, муки становятся нестерпимыми. Алексий доходит до самого края отчаяния и богооставленности, отдавая свою жизнь, всего себя за други своя. И жертва его приемлется…

И вот уже Тайдула не хочет благословлять на царство очередного сына-садиста. Быть может, ей нечто было открыто Небом, а может, настоящая нелицемерная Любовь коснулась ее сердца. И вот уже разделилось мощное царство, и не может устоять дом тот…

Се Человек
В картине великолепны все актерские работы: и трансформировавшийся в ордынского хана Андрей Панин, и сыгравший легковерного митрополичьего келаря Федьку Александр Яценко, и совершенно феноменальная Роза Хайруллина, и колоритные якутские актеры. Но то, что удалось в «Орде» Суханову, не удавалось прежде ни одному артисту. Удивительным образом Максим Суханов, сыгравший святителя Алексия, достигает невероятных духовных высот, мощного и глобального евангельского драматизма.

Жертва Богу
Во второй трети картины действие замирает в мучительной точке телесного и духовного катарсиса героев, оно фокусируется на сизифовом труде бывшего владыки в адской кочегарке ордынской бани, где герой Суханова опускается до самых глубин смирения и выходит на прямой диалог с Богом. Да, Прошкину было необходимо так долго макать зрителя, извините, в дерьмо (топились-то ордынские бани конским навозом) и мучить его удушьем, жаром, унижением и болью, чтобы через эту средневековую чрезмерность страдания воспеть силу истинной веры. Создатели фильма говорят: «Алексий приехал в Орду святителем, а уехал святым», — и это блестяще, достоверно и безжалостно отражено в картине. В истории этого человека, в малой мере повторившего подвиг Христа, погрузившегося в смерть, в ад ради спасения человечества, раскрывается, кажется, вся суть православия, красота которого всегда заключалась не в пышных церемониях и обилии золота на куполах, а в силе Божией, действующей в немощи человеческой.

Журнал «Ролан» № 7 сентябрь 2012 Автор: Станислав Бенецкий, Алиса Струкова

Вернуться к перечню статей | Все номера