Город:
Москва
Город:
  • Москва
  • Волгоград
  • Рязань
  • Самара
  • Курск
  • Кострома
  • Щелково
Кинотеатр:
Выберите кинотеатр...
Кинотеатр:
  • Пять звезд на Павелецкой
  • Ролан
  • Пять звезд на Новокузнецкой
Сервис покупки билетов Покупка билетов

Новости Эксклюзивное интервью Натальи Ионовой журналу «Ролан»

5 декабря 2007
RSS

Премьера картины «Руд и Сэм» режиссера Григора Гярдушяна (продюсерская компания «Парадиз») состоялась, и у нас есть отличный повод продолжить разговор об этом веселом кинопроекте с исполнительницей главной женской роли Натальей Ионовой, более известной публике как Глюк’оzа.

— Итак, Наташа, сегодня, по прошествии некоторого времени после окончания съемок фильма «Руд и Сэм» и незадолго перед долгожданной премьерой, что осталось в памяти от работы?

— Вы знаете, абсолютно все. Я, наверное, как никто другой жду выхода этой картины. Мой первый опыт в кино был в картине «Триумф», но ее так никто и не увидел, а съемки в «Ералаше» я не считаю. Поэтому для меня работа в картине «Руд и Сэм» — настоящая премьера, дебют в большой роли. Естественно, очень хочется посмотреть, что же получилось. О съемках вспоминаю только хорошее: работа и общение с артистами, с замечательным режиссером (мы, кстати, недавно поздравляли его с днем рождения), — все это большущий профессиональный и жизненный опыт. Мне все нравилось, даже процесс озвучания. У меня появились новые знакомые, с которыми я до сих пор продолжаю общаться. Меня и друзья спрашивают: «Ну, когда же?» Им не терпится посмотреть, что же я там «натворила». Сегодня разговаривала со сценаристом и спросила: «Коль, ну что я там — совсем ужасная или нормальная?» А он говорит: «Ты что! Замечательно! Все очень хорошо получилось. У всех о твоей работе очень хорошие отзывы». Жду не дождусь премьеры, чтобы сделать какое-то заключение для себя — нужно ли пытаться продолжать, учиться актерскому ремеслу дальше или надо поставить на своих киноэкспериментах точку.

— Каков ваш личный зрительский выбор — мелодрама, комедия, боевик, авторское кино, может быть, фэнтези?

— Если речь идет о вечернем просмотре, я определенно предпочитаю легкие фильмы, обожаю комедии, люблю смеяться, хохотать до упаду. И предпочитаю смотреть такие фильмы в кругу семьи или ходить в кино вместе с друзьями, а потом эти картины обсуждать. Я не говорю, что нужно смотреть только комедии. Просто на данный момент, как мне кажется (я, правда, не смотрела точную статистику), на экраны выходит больше страшных, кровавых фильмов, боевиков, а комедий, таких, как наша, я, если честно, вижу мало. В принципе я понимаю, почему комедия — очень сложный жанр: человека проще напугать, чем рассмешить. Вы знаете, когда я общалась с артистами, принимавшими участие в телепроекте «Цирк со звездами», они мне все говорили, что самый трудный жанр не дрессура хищников, не акробатика, не жонглирование, а клоунада. Всему можно научиться, но заставить человека смеяться — очень тяжело, я думаю, это еще одна причина, почему мало режиссеров, которые осмеливаются работать в этом жанре.

— В период работы в картине «Руд и Сэм» вы были заняты съемками в ледовом шоу и повредили ногу. Не появилось тогда крамольной мысли оставить на время работу в картине, чтобы подлечиться как положено?

— Нет, ни в коем случае, а вот желание выйти из ледовой истории появилось. Собственно, я это и сделала, тем более что на тот момент выяснилось, что я жду ребенка. Паники не было, я не сомневалась, что надо продолжать работу в фильме, да и вся съемочная группа отнеслась ко мне очень бережно. Они вошли в мое положение и старались максимально облегчить мое пребывание на площадке. Например, быстро выставляли свет, меня — сразу же в кадр, чтобы не морозить на холоде, и так далее.

— Постойте, какой снег, в картине же все происходит осенью?

— Дело в том, что у нас период съемок, как это часто бывает в кино, затянулся, и снег действительно уже лежал на земле. Но в принципе холод, ветер — это было вполне преодолимо, мне сложнее было приноровиться к своему новому состоянию, научиться беречь свое здоровье, чтобы не заболеть и не нанести вред ребенку.

— Каким больше запомнилось время съемок — радостным или трудным?

— И радостным, и трудным. Это же все-таки была работа. Знаете, как некоторые говорят: «Я пошел на работу, а потом уволился — тяжело было!» Но на любой работе тяжело: если ты не устаешь, значит, ты не работаешь. Я считаю, что это так, и совершенно спокойно отношусь к тому, что с работы еду усталая. А то, что получаю удовольствие от работы — это замечательно, значит, я завтра вновь с удовольствием на нее пойду.

— Вам сложно было найти общий язык с такими большими актерами, как Калягин и Джигарханян? Шутка ли, каждый из них — это целая эпоха в истории нашего театра и кино...

— Я опасалась определенных сложностей, их профессиональный авторитет был для меня безусловен. Но, признаюсь, я по мере общения и по ходу съемок постепенно все более осознавала масштаб этих личностей, и этот авторитет становился для меня все весомее. Как-то так случилось, что гениальная картина «Здравствуйте, я ваша тетя!» прошла мимо меня. И лишь полгода назад я, наконец, посмотрела этот шедевр. Но то, что они такие большие актеры, не являлось барьером для общения, мне кажется, большей проблемой могла стать разница в возрасте. Но довольно быстро мы нашли общий язык, и случилось это благодаря контактности и доброжелательности моих знаменитых партнеров — с их подачи, конечно же.

— А вы брали у своих старших товарищей по фильму профессиональные консультации?

— О да! Я не упускала случая что-то уточнить, узнать, проверить. Например, спрашивала их: «Как вам моя игра, вы мне верите?» Мне отвечали: «Да, мы тебе верим, не переживай, все хорошо». Или как-то деликатно, но очень метко корректировали. Моя героиня очень похожа на меня по своим человеческим качествам, — когда я прочла сценарий, то сразу это поняла. И тогда я сказала Джигарханяну: «Я буду играть себя». А он мне возразил: «Нет. Если тебе скажут съесть тридцать тортов, ты съешь?» Я отвечаю: «Нет, не съем». Он продолжает: «Правильно — ты будешь играть это». Так он мне дал понять, что нужно все-таки чувствовать грань между игрой и настоящей жизнью. Но все же моя героиня Маша мне очень близка.

— Вы всегда предпочитаете киноистории с хеппи-эндом?

— Это зависит от картины, иногда нужно, чтобы конец был не тот, которого ждет зритель, а в некоторых случаях нужен и хеппи-энд. Картине нужно верить, и если хеппи-энд неправдоподобен, если он входит в конфликт с материалом фильма, то у зрителя исчезает доверие, он чувствует себя обманутым. Ты смотришь картину, проживаешь ее события одновременно с героями, но порой сеанс заканчивается, и думаешь с досадой: «Так только в кино бывает!»

— Многие думают, что съемки комедии — очень веселое занятие, но ведь в любой работе полно рутины: у вас оставались силы на то, чтобы шутить не только в кадре, но и между дублями?

— Представьте себе, да. У нас было весело, бывали, конечно, разные дни — в конце концов, без проволочек не бывает ни одних съемок: то пиротехники что-то перемудрили, то свет долго выставляют. Но в целом атмосфера была очень позитивная. Да и потом, Джигарханян с Калягиным все время, уж извините за такое слово, «выкаблучивали», шутили, постоянно что-то придумывали. Сама их игра была постоянным источником удовольствия, мы снимали комедию и наблюдали, как на наших глазах рождаются уморительно смешные сцены в исполнении уникальных профессионалов. А Сан Саныч и Армен Борисович — такие мастера, что просто невозможно было оставаться серьезными при виде их персонажей, они просто убийственно смешно играют. Так что мы очень много смеялись во время съемок.

— Наташа, а вы с самого детства «метили» в актрисы или в певицы?

— В певицы я не метила. Да и осознанно артисткой стать не собиралась. Просто я всегда была сверхактивным ребенком, не сидела на месте, не оставалась в тени. Я не думала о том, что у меня будет какая-то карьера, просто так складывалось в моей жизни. Конечно же, огромную роль играет случай, но и в моей судьбе он мог не сработать, если бы не мой неспокойный характер. Актерская профессия достаточно конкурентная: во ВГИКе конкурс — сто человек на место. Поэтому, чем больше ты будешь показываться, тем выше твой шанс на успех, шанс заниматься любимым делом, к которому лежит душа. Надо сигнализировать о себе: «Вот — я здесь! Обратите на меня внимание, не проходите мимо!» Не бояться — самое главное, не стоять в углу. Хотя и такое бывает — человек стоял-стоял в углу, а мимо проходил ассистент режиссера, ткнул в его сторону пальцем и сказал: «Ты!» — и все, и карьера понеслась. Но я никогда в сторонке не стояла. Правда, все началось именно с того, что меня как-то раз остановили на улице люди из «Ералаша» и предложили приехать на студию. Но и до этого я всегда была очень активная и инициативная: первой на табуретку: стихи читать, песни петь, танцы танцевать — только так!

— У вас когда-либо (возможно, в детстве) возникало желание быть похожей на какую-то прекрасную киноактрису, был некий кумир, образец для подражания?

— Никогда, во всяком случае, подражать я никому не хотела. Всегда старалась быть яркой, но ни на кого не похожей. Мне нравилось и по-прежнему нравится быть в центре внимания, быть не такой, как все. Условно говоря: все надели зеленые штаны, а я надену красные! Сейчас в силу своего возраста я, возможно, стала посдержанней. На данном этапе мне уже не нужно кричать, надо совершать какие-то яркие поступки, быть содержательным, интересным человеком. Но принцип — быть не такой, как все, — для меня непреложен. Надеюсь, вы скоро услышите это в новых песнях и (кто знает?) в новых киноработах. А пока — встретимся на премьере комедии «Руд и Сэм»!

Лилит ГУЛАКЯН

Вернуться к перечню новостей