Город:
Москва
Город:
  • Москва
  • Волгоград
  • Рязань
  • Самара
  • Курск
  • Кострома
  • Щелково
Кинотеатр:
Выберите кинотеатр...
Кинотеатр:
  • Пять звезд на Павелецкой
  • Ролан
  • Пять звезд на Новокузнецкой
Сервис покупки билетов Покупка билетов

Журнал «Ролан» Мамонов-шоу

Про воду и кино
Мы все к кино имеем отношение — мы его смотрим; не только делаем, мы его смотрим. Я тут посмотрел недавно документальный фильм, называется «Вода». Рекомендую всем — не оторвешься. Про воду: что это вообще такое. Оказывается, она живая, она имеет память. Мы с вами на 80, а то и на 85 процентов состоим из воды. Если ей говорят: «Спасибо», «Ты хорошая» и т. д. — на протяжении нескольких дней, — кристаллики под микроскопом — удивительной красоты. Когда говорят: «Ты дурак», и всякие другие хамские слова, тогда (так это интересно, очень круто!) вода прямо ужасного вида имеет структуру. Материальный наш мир, оказывается, реагирует вообще на все, что происходит, на все то, что мы друг другу даем. И кино сейчас — пища нашей души. Вот когда мы идем на рынок, мы мясо нюхаем, правда? Попробуй-ка нам гнилое дать! А тут мы смотрим все подряд. Вот как интересно: и наша вода, даже в нашем организме, таким образом, заряжается ужасно. Мы потом болеем и становимся мертвыми.

У меня стоит полочка такая, где приблизительно за 500 фильмов. Я смотрю по очереди один за другим. У меня они проходят определенный отбор: первый просмотр, второй просмотр, третий просмотр. Некоторые выскакивают сразу.

Поэтому я очень люблю вот это дело — кинематограф, и думаю, что сейчас он — наисовременнейшее средство влияния на наши умы, на наши сердца.

У них, у режиссеров, прямо на пальцах — и литература, и музыка, и архитектура, и ритм, и человек… все актеры, — все это так удивительно, можно так тонко этим работать. Удивительное это дело: все на ниточках у режиссера, какой-то единый организм. Потрясающе! Вот как я к кино отношусь.

Я стараюсь ум свой отодвинуть и смотрю: лучше мне становится, человеку, воде моей всей, или меня растаскивает, хоть ум мой мне и говорит: «Это здорово». Минусует — или плюсует? Все. Так я стал относиться к кино.

Я не могу с 62-го года кино смотреть вообще. Обязательно — то сиськи начнутся, то опять… Прямо как рухнуло все. Поэтому я на «Горбушку» прихожу, говорю: «Ребята, до 62-го». Там уже знают меня. Не потому, что я какой-то старик, хочу учить кого-то, — не могу смотреть, не хочу. Зачем мне это надо? Я лучше с ней один останусь, потом, ночью, с любимой, с единственной с моей, с той, которая — вот она, с той, таинственной. Не хочу. Также не хочу я экшен, я хочу, чтоб мне лучше стало. Как бы это сказать? Человеком себя почувствовать хочу.

О смысле жизни и спасении
Зачем я живу? Вот этот день я прожил — кому-нибудь было хорошо? Я стал себе с некоторых пор задавать этот вопрос — перед зеркалом стою и, в свою меру честно, отвечаю. Результат пока что печальный. Ну а что? Не в этом дело. Дело не в результатах. Спасение — это не результат, это процесс. Это я жене обычно отвечаю своей. Она говорит: «Ну, вот ты в храм ходишь, а чего ж ты такой пришел злой?» Я говорю: «Оля, спасение — не результат, а процесс». Она говорит: «Все ясно».

Каждый для чего-то рожден, вы представляете — о каждом из нас есть замысел. Каждый для чего-то уникального рожден.

Как-то другого смысла жизни нету, как стараться, чтобы эта моя личная вода была хоть как-нибудь кристалликами приглядна, а не россыпью черных ужасных частиц. Вот на это и уходит жизнь. Поэтому речь не о формах, а речь об утрачивании смысла бытия нашего: не знает человек, зачем он встал утром, зачем он идет на эту работу, зачем ему этот сын, зачем ему этот муж. Он не знает, он в тоске постоянно. Дух уныния. А где уныние — там черти сразу, там разлагаются кристаллики. Он не знает, зачем это надо все. Вот где весь замес находится — в смысле нашего бытия. А если без Бога, то смысл утрачен, если вечной жизни нет — смысла нет, мы же это знаем. Формы найдутся, будут опять. Если мы устремимся в эту любовь, созидание, форма так или иначе отольется, она придет.

Вот и все, все очень просто. Надо от себя отрезать — время, силы, денежек. От себя любимого.

Про Станиславского и Габена
У меня на первое место из актеров вышел Жан Габен. Рекомендую все подряд, если кому интересно. Станиславский предложил, что актер должен быть «я в предлагаемых обстоятельствах». Я думаю: что-то тут не так… Смотрю, как это делает Габен. «Я в предлагаемых обстоятельствах» — это не труд. Он, Габен, меняет мировоззрение, он внешне не делает ничего, но он… он смотрит на мир глазами или повара, или шофера, или преступника. И знаете — все происходит. Я прямо под микроскопом его изучаю: как он двигается, как он сказал, как он ротик повернул. В кино все работает, все. Смотрю… Я наслаждаюсь. Он ничего не сделал внешне, а стал тем, кого он играет. Это труд. Это кровь проливать.

Вон мой любимый Габен: ходит, одна проходка — все, смотреть дальше не надо. Пошел он, стоит… идет с палочкой — все, ничего мне не надо говорить, сценарии там какие-то… я уже плачу. Всю жизнь свою он мне пронес за секунду.

Про женщин
Мне интересна всегда тайна. Думаю: «А как же женщины?» Есть такая удивительная певица Дайана Росс, был такой коллектив Supremes (они переводятся как «Самые лучшие», «Наилучшие»). Вот я думаю: как она себя на сцене ведет! Она вся какая-то удивительная! Она какая-то горбатая, у нее какой-то нос, нескладная фигура такая тощая, но она удивительная, поразительное существо. И думаю: вот женщины в кино, наверное, должны быть просто такими созданиями удивительными. Если бы мы, мужчины, начали так относиться к женщинам нашим, и не нашим, вообще, — как к удивительным созданиям Бога, как к удивительным существам, не требуя, чтобы она тебя понимала, любила… то говорила, не то опять сказала… Вот она, вот она — как кошечка идет, хвостиком своим… вот как! А мы уже, мужчины, будем думать, там это, соображать, а она — пусть она ходит, правда? Вот как интересно.

О жалости
Жалость — это любовь. В советское время старались привить, что жалость — это плохо. Но они много чего старались, мало что вышло.

Исаак Сирин: «Неужели ты думаешь песчинками своих грехов забросать море милосердия Божия?» Вот как у Бога — никакого суда, никакой справедливости. Милосердие только. «Жалею вас, вы дети мои». А любит больше всего кого? Самых неудачных — наркоманов всяких вот этих, хромых, слепых, глухих, кто ничего не может, вот их-то больше всего и любит Бог. О мечтах Мечтаю о будущей жизни, что будет после смерти. Тут все ясно, а там — удивительно. Но верую в милость Божию. Думаю, что Господь не оставит никого, ни одно из Своих творений. Конечно, страшновато, дело небывалое. Но вот уже все приблизилось реально. Уже 60 лет, уже мысли… С товарищем делаем автомобиль любимый в автосервисе. Я говорю: «На сколько хватит?» — «Ну, лет на 10–15». — «О! Мне как раз!» Он так задумался — ему еще 45. Вот как интересно! Вот об этом мечтаю. Мечтать, говорят, не вредно. Нет, вредно. Что мечтать? День — встал, и понеслось. Какие мечты? Вот она, жизнь, вот она, живая жизнь, не религия, у нас живая жизнь с живым Богом. Поэтому я не мечтаю — я так живу.

Про девиз и принципы
«Господи, помилуй!» — там есть все, недаром в наших молитвословиях: и в храме, и на богослужении, и частным образом — больше всего произносим. Это все можно сказать одним предложением: «Господи, какой Ты удивительный! Как Ты за нас пострадал, чтобы нас привести к счастью. Мы все умрем — и что же с нами будет? Или мы будем во зле, или мы пребудем в вечности и будем радоваться». Вот и вся история, вот и все принципы. Я не делаю грех, чтобы дать место Богу во мне жить. А почему? Это мое желание настоящее, подлинное, это кайф выше, чем я сейчас выпью. Я не пью, чтобы у меня было это. Это очень момент важный, не просто так. Многие говорят: «А зачем?» Вот за этим — чтобы Дух Святой в тебе поселился.

А надо ли пробовать?
Пробовать надо то, что говорят уважаемые люди, то, что хорошо. А самый уважаемый — это Бог. Он дал нам Евангелие, где все — про что пробовать, а что не пробовать. «Надо все попробовать!» — смотришь: в 25 лет умер. Допробовался. Если так хочешь умереть, поезжай в Северную Африку — там убьют за дело правое какое-нибудь, народное, справедливое. Жить надо не в гармонии с недугом, а в гармонии с собой, то, что ты есть. А ты есть хорошее задуманное Богом существо. Глянь в зеркало: ты не мутный чертила, ты ангел. Вот туда греби. Но греби, не просто растекайся. Это очень момент важный. В жизни есть другие кайфы, безвредные и очень сильные. Можно бесконечно грести…

О политике
Я не в курсе дел, мне все рассказывают. Мы же можем изменить только лично себя. В рамках закона с гадостью воевать надо, но только в рамках закона. Не надо теми же методами, драками — отравим воду свою. Это все нас стараются отвлечь от самой главной, созидающей работы, от созидания себя и собственной семьи. Помитингуй дома, скажи: «Как я люблю тебя, родная моя! Мы тридцать лет живем вместе…» Вот наш митинг — друг к другу. Люби ближнего, а ближний кто? Тот, кто рядом, а не кто где-то там.

Журнал «Ролан» № 1 февраль 2012

Вернуться к перечню статей | Все номера